philtrius (philtrius) wrote,
philtrius
philtrius

Что разсердило Императрицу

Приложенiе къ журналу 29 Iюля 1732 г. Копiя именного указа кабинетъ-министрамъ о судѣ надъ князьями Семеномъ и Иваномъ Мещерскими по дѣлу ихъ съ Ив. Кикинымъ.
Указъ Нашимъ кабинетъ-министрамъ.
Князь Семенъ Федоровъ сынъ, да князь Иванъ Мещерскiе учинили такое коварство надь бѣднымъ гардемариномъ Иваномъ большимъ Кикинымъ, какъ то всякой христiанской совѣсти противно быть можетъ и уповаемъ, что нетокмо Намъ по правамъ, но и самому Богу отвѣтъ дать могутъ въ томъ, какъ они его такъ совсѣмъ хотѣли разорить, что онъ, бѣдный, и дневной пищи лишенъ-бы былъ, ежели-бы Намъ то вскорѣ неизвѣстно учинено было, а именно оный Кикинъ и не у нихъ токмо искалъ, нужды своея ради, нѣсколько занять денегъ, а они, коварные люди, о томъ увѣдомились и вѣдая, что ему въ томъ крайняя есть нужда, призвавъ его стали ему говорить, якобы по дружбѣ отца его не хотятъ его оставить и дали ему нѣкоторую сумму, оговорясь, что безъ всякаго закладу и проценту; а потомъ лукавствомъ своимъ умыслили взять съ него крѣпостныя письма, приписавъ разъ слишкомъ вдвое, которые-бъ заплатить ему ихъ чрезъ одинъ день. Но и тѣмъ не удовольствуясь, написавъ фальшивыя закладныя почти на все его недвижимое имѣнiе въ такой суммѣ, которой онъ отъ нихь почти и половины не получилъ, принудили его, державъ нѣсколько дней у себя въ домѣ, приложить руку. И оный Кикинъ, какъ бѣдности своей ради, къ тому-жъ и отъ недостатка въ томъ разумѣнiя, не зная ихъ лукавства, паче-же они его принуждали, принужденъ былъ подписаться; токмо еще нѣкоторые люди, имѣя христiанскую совѣсть, домогаясь всѣми мѣрами увѣдомились и до того ихъ, чтобъ имъ, конечно, совсѣмъ его разорить, не допустили.
И понеже Мы оное дѣло разсмотрѣли и разсудили за благо, что въ томъ кромѣ противнаго лукавства и бездушества никакой правды не находится, помянутый князь Семенъ состоитъ въ рангѣ генерала-поручика, опредѣленъ въ коммисси у счету и другой директоромъ въ акцизной, напрасно то имъ поручено; какой вѣрности въ такихъ бездушныхъ людяхъ чаять, дабы они въ нашихъ интересахъ, памятуя присяжную свою должность, какой плодъ могли принесть во истину сомнѣваемся, ибо они не памятуя смерти, уже въ старости къ тому же, и не обсервуя чести своей въ помянутомъ дѣлѣ такъ сбездушничали, что никакой-бы нехристiанинъ того не сдѣлалъ. Чего ради повелѣваемъ вамъ, собравъ Сенатъ и объявя Нашъ указъ самимъ присутствовать и помянутое дѣло отъ начала изслѣдовать и произвести судомъ и поступать съ ними такъ, чтобъ они никакихъ лукавыхъ своихъ отговорокъ не приносили, но смотрѣть токмо прямой правды. И ежели, конечно, они, какъ мы извѣстны, явятся въ томъ подлинно бездушники, то такъ съ ними учинено будетъ, чтобъ впредь всѣ бездѣльники такiе-же нехристiанскiе поступки чинить опасались, о чемъ паки вамъ симъ накрѣпко подтверждаемъ судить ихъ безъ всякаго послабленiя и что учинено будетъ, потомъ донести Намъ.
Данъ въ Петергофѣ, iюля 28 дня 1732 г.
Tags: ludus litterarius, Анна Iоанновна
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 3 comments