Продолженiе про филологiю будетъ, и, возможно, уже сегодня. Заодно я и отвѣчу на комментарiи. А пока вернемся къ нашимъ баранамъ старикамъ.
Хочу напомнить, что сначала лжеюзеръ
dneprovskij написалъ замѣтку «Полетъ сталинскаго сокола», Вашъ покорный слуга далъ одобрительную ссылку на нее, а лжеюзеръ mike67 здѣсь выложилъ въ отвѣтъ на первую запись свою сатиру. Не знаю, у меня онъ взялъ ссылку или нѣтъ, но имя Вашего покорнаго слуги не упоминалось; тѣмъ не менѣе, разумѣется, это камушекъ (или, скорѣе, увѣсистый булыжникъ) и въ мой огородъ. Сказать, что я отъ этого булыжника въ восторгѣ, по совѣсти не могу; вѣроятно, mike67 рѣшилъ, что кромѣ монархистовъ вся Россiя благоустроена, и написалъ реплику въ духѣ майскаго прославленiя культа газовой горѣлки — паѳосную и моралистическую, столь непохожую на его обычно острый и проницательный анализъ. Надѣюсь, онъ на меня не обидится.
Помнится, чуть больше десяти лѣтъ тому назадъ мнѣ случилось лѣчить зубы. Врачъ, меня пригласившiй (съ хорошей заслуженной репутацiей), работалъ въ государственной клиникѣ; я явился въ назначенное время, постучалъ, онъ, отпустивъ пацiента, съ которымъ занимался въ тотъ моментъ, ввелъ меня; у кабинета была очередь изъ нѣсколькихъ стариковъ. Когда я выходилъ, они начали обсуждать мою персону (громко, вслухъ и не то чтобы не стѣсняясь моимъ присутствiемъ, а именно для того, чтобъ ихъ возмущенiе дошло до моихъ ушей) — вотъ, всю жизнь вкалывали, не заработали, а тутъ безъ очереди ходютъ… Вѣроятно, если бы они молчали, я бы почувствовалъ неловкость и сказалъ про себя въ свой адресъ нечто въ томъ духѣ, что и услышалъ; но, коль скоро это было произнесено, данное чувство погибло, не появившись, а на смѣну ему явилось чувство гадливости. Могли бы они понять и двѣ вещи — если бы человѣкъ не бралъ платныхъ заказовъ, онъ просто ушелъ бы въ частную клинику, и тѣмъ самымъ они лишились бы возможности пользоваться услугами высококласснаго спецiалиста; а кромѣ того, я въ то время много и тяжело работалъ, и возможности ждать у меня было куда меньше, чѣмъ у нихъ; обстоятельства моей жизни имъ не могли быть извѣстны, но то, что я не былъ на пенсiи и не имѣлъ оплаченнаго — хоть какъ-то — досуга, было очевидно. Такъ что, по моему мнѣнiю, исходя изъ тогдашней ситуацiи, они должны были быть мнѣ благодарны; и мое мнѣнiе о старикахъ совѣтскаго разлива не улучшилось.
Возвращаясь къ эпизоду, съ котораго начали. Въ комедiи положенiй важенъ элементъ дегуманизацiи: иначе то, что происходитъ съ персонажемъ на сценѣ, вызоветъ не смѣхъ, а чувство неловкости. И старикъ, о которомъ идетъ рѣчь, дѣйствительно виноватъ во всемъ самъ: онъ — слегка перефразируя Гоголя — самъ себя дегуманизировалъ.
Прошу прощенiя за многословiе.
Хочу напомнить, что сначала лжеюзеръ
dneprovskij написалъ замѣтку «Полетъ сталинскаго сокола», Вашъ покорный слуга далъ одобрительную ссылку на нее, а лжеюзеръ mike67 здѣсь выложилъ въ отвѣтъ на первую запись свою сатиру. Не знаю, у меня онъ взялъ ссылку или нѣтъ, но имя Вашего покорнаго слуги не упоминалось; тѣмъ не менѣе, разумѣется, это камушекъ (или, скорѣе, увѣсистый булыжникъ) и въ мой огородъ. Сказать, что я отъ этого булыжника въ восторгѣ, по совѣсти не могу; вѣроятно, mike67 рѣшилъ, что кромѣ монархистовъ вся Россiя благоустроена, и написалъ реплику въ духѣ майскаго прославленiя культа газовой горѣлки — паѳосную и моралистическую, столь непохожую на его обычно острый и проницательный анализъ. Надѣюсь, онъ на меня не обидится.Помнится, чуть больше десяти лѣтъ тому назадъ мнѣ случилось лѣчить зубы. Врачъ, меня пригласившiй (съ хорошей заслуженной репутацiей), работалъ въ государственной клиникѣ; я явился въ назначенное время, постучалъ, онъ, отпустивъ пацiента, съ которымъ занимался въ тотъ моментъ, ввелъ меня; у кабинета была очередь изъ нѣсколькихъ стариковъ. Когда я выходилъ, они начали обсуждать мою персону (громко, вслухъ и не то чтобы не стѣсняясь моимъ присутствiемъ, а именно для того, чтобъ ихъ возмущенiе дошло до моихъ ушей) — вотъ, всю жизнь вкалывали, не заработали, а тутъ безъ очереди ходютъ… Вѣроятно, если бы они молчали, я бы почувствовалъ неловкость и сказалъ про себя въ свой адресъ нечто въ томъ духѣ, что и услышалъ; но, коль скоро это было произнесено, данное чувство погибло, не появившись, а на смѣну ему явилось чувство гадливости. Могли бы они понять и двѣ вещи — если бы человѣкъ не бралъ платныхъ заказовъ, онъ просто ушелъ бы въ частную клинику, и тѣмъ самымъ они лишились бы возможности пользоваться услугами высококласснаго спецiалиста; а кромѣ того, я въ то время много и тяжело работалъ, и возможности ждать у меня было куда меньше, чѣмъ у нихъ; обстоятельства моей жизни имъ не могли быть извѣстны, но то, что я не былъ на пенсiи и не имѣлъ оплаченнаго — хоть какъ-то — досуга, было очевидно. Такъ что, по моему мнѣнiю, исходя изъ тогдашней ситуацiи, они должны были быть мнѣ благодарны; и мое мнѣнiе о старикахъ совѣтскаго разлива не улучшилось.
Возвращаясь къ эпизоду, съ котораго начали. Въ комедiи положенiй важенъ элементъ дегуманизацiи: иначе то, что происходитъ съ персонажемъ на сценѣ, вызоветъ не смѣхъ, а чувство неловкости. И старикъ, о которомъ идетъ рѣчь, дѣйствительно виноватъ во всемъ самъ: онъ — слегка перефразируя Гоголя — самъ себя дегуманизировалъ.
Прошу прощенiя за многословiе.