* * *

Жестокость гражданской войны сравнительно съ внѣшней вполнѣ естественна; иностранецъ, исполняющій свой долгъ, если онъ храбръ и человѣченъ, не вызываетъ ничего, кромѣ уваженія (и послѣ войнъ возможенъ ростъ взаимныхъ симпатій, какъ у насъ было съ Франціей и Японіей), а вотъ врагъ по гражданской войнѣ — врагъ настоящій, его существованіе несовмѣстимо съ моимъ, и чѣмъ выше его качества, тѣмъ важнѣе, чтобы его не было.