* Угрюмо *
Замѣчательный образецъ филологической критики:
Историко-біографическая статья Фризмана страдаетъ схематизмомъ и наполнена идеологическими штампами совѣтскаго литературовѣдѣнія: «отвѣчать требованіямъ декабристской эстетики» (с. 12), «передовая дворянская интеллигенція и ея представители» (с. 17), «особенности идейной борьбы между либеральнымъ и революціонно-демократическимъ лагеремъ» (с. 29) и т. д. Статью нѣсколько разнообразятъ курьезныя опечатки. Такъ, на с. 9 другъ Баратынскаго Н. М. Коншинъ трижды названъ Кошкинымъ, а на с. 13–14 А. С. Пушкинъ и его младшій братъ слиты въ одно лицо. Скуку отъ чтенія Фризмана развѣетъ статья Е. В. Невзглядовой, сосредоточенная, какъ сказано въ аннотаціи, «на вопросахъ поэтики Баратынскаго». Этотъ опусъ производитъ сильное впечатленіе своей методологической безпомощностью и рѣдкостнымъ невѣжествомъ автора въ исторіи русской литературы.
Историко-біографическая статья Фризмана страдаетъ схематизмомъ и наполнена идеологическими штампами совѣтскаго литературовѣдѣнія: «отвѣчать требованіямъ декабристской эстетики» (с. 12), «передовая дворянская интеллигенція и ея представители» (с. 17), «особенности идейной борьбы между либеральнымъ и революціонно-демократическимъ лагеремъ» (с. 29) и т. д. Статью нѣсколько разнообразятъ курьезныя опечатки. Такъ, на с. 9 другъ Баратынскаго Н. М. Коншинъ трижды названъ Кошкинымъ, а на с. 13–14 А. С. Пушкинъ и его младшій братъ слиты въ одно лицо. Скуку отъ чтенія Фризмана развѣетъ статья Е. В. Невзглядовой, сосредоточенная, какъ сказано въ аннотаціи, «на вопросахъ поэтики Баратынскаго». Этотъ опусъ производитъ сильное впечатленіе своей методологической безпомощностью и рѣдкостнымъ невѣжествомъ автора въ исторіи русской литературы.