* Угрюмо*
Однако же именно это учрежденіе [Общества Іисуса] подверглось самымъ гнуснымъ нападкамъ; учрежденіе, которое запрещено брать подъ защиту подъ страхомъ самыхъ жестокихъ наказаній; которое предстало передъ судомъ какъ сводъ законовъ наважденія и фанатизма; которое предаютъ пламени какъ писаніе нечестія и развращенія; отъ котораго, — такой судъ неслыханъ въ христіанскомъ мірѣ — хотятъ заставить отречься тѣхъ, кто болѣе пятидесяти лѣтъ имѣлъ обычай почитать его, любить, слѣдовать ему.
Сейчасъ перевожу послѣднія страницы «Апологіи учрежденія Общества Іисуса» Черутти. Принципіально рѣшеніе объ изданіи этой книги принято, когда выйдетъ переводъ — непонятно.
Собственно, что хотѣлъ сказать. Я не обнаружилъ слѣдовъ перваго изданія 1762 г. (оно, говорятъ, безъ мѣста и даты; если кто поможетъ, буду признателенъ, у меня нелады въ послѣднее время съ поискомъ). Но вторыхъ — 1763 г. — очень много. Именно въ это время орденъ былъ изгнанъ изъ Франціи. Сокрушена и его образовательная система. Семь-восемь лѣтъ на сокрушеніе, еще 15–20 на то, чтобы воспитанные по-новому люди стали опредѣлять лицо общества. Не единственная причина 1789–1793 ужъ точно, но, думаю, одна изъ. Привѣтъ г–жѣ Помпадуръ, сокрушившей Францію.
Всѣ оговорки, въ томъ числѣ о нереволюціяхъ въ Испаніяхъ и Португаліяхъ, знаю.
А признаки интеллектуальной атмосферы, описанной Черутти, какъ-то очень актуально звучатъ. Интересно, это была первая кампанія за все хорошее противъ всего плохого, или таковыя были раньше?
Сейчасъ перевожу послѣднія страницы «Апологіи учрежденія Общества Іисуса» Черутти. Принципіально рѣшеніе объ изданіи этой книги принято, когда выйдетъ переводъ — непонятно.
Собственно, что хотѣлъ сказать. Я не обнаружилъ слѣдовъ перваго изданія 1762 г. (оно, говорятъ, безъ мѣста и даты; если кто поможетъ, буду признателенъ, у меня нелады въ послѣднее время съ поискомъ). Но вторыхъ — 1763 г. — очень много. Именно въ это время орденъ былъ изгнанъ изъ Франціи. Сокрушена и его образовательная система. Семь-восемь лѣтъ на сокрушеніе, еще 15–20 на то, чтобы воспитанные по-новому люди стали опредѣлять лицо общества. Не единственная причина 1789–1793 ужъ точно, но, думаю, одна изъ. Привѣтъ г–жѣ Помпадуръ, сокрушившей Францію.
Всѣ оговорки, въ томъ числѣ о нереволюціяхъ въ Испаніяхъ и Португаліяхъ, знаю.
А признаки интеллектуальной атмосферы, описанной Черутти, какъ-то очень актуально звучатъ. Интересно, это была первая кампанія за все хорошее противъ всего плохого, или таковыя были раньше?